Алиса вступает в зеркальную вселенную

Когда-то давным-давно времени вообще не было.
Время — ни что иное, как мера изменения положения объектов в пространстве. Как известно любому ученому, мистику или обычному человеку, вначале пространство было лишено каких-либо объектов.
К примеру, год представляет собой меру движения Зем­ли вокруг1 Солнца. Один день эквивалентен одному оборо­ту Земли вокруг своей оси. Поскольку в самом начале не было ни Солнца, ни Земли, авторы Библии не вкладывали в понятие «день» его обычный смысл, когда говорили о том, что мир был создан за семь дней.


Несмотря на первоначальное отсутствие вещества, пространства и времени, что-то должно было произойти, для того чтобы все началось. Иными словами, нечто должно было случиться еще до того, как появилось что- либо.
Поскольку первое событие произошло, когда ничего не было, логично предположить, что оно сильно отличалось от тех событий, которые регулярно происходят вокруг нас в соответствии с законами физики.
Возможно ли, что это первое событие в некоторых от­ношениях имело скорее психическую, а не физическую природу?Мысль о том, что психические явления могут приво­дить к физическим последствиям, поначалу может пока­заться противоречащей здравому смыслу, но на самом де­ле мы постоянно испытываем нечто подобное. К примеру, когда мне приходит мысль вроде «я должен протянуть ру­ку и погладить ее щеку», нервный импульс от синапсов мозга подобно электрическому току передается нервам моей руки, и рука движется.
Может ли этот пример из повседневной жизни пове­дать нам что-либо новое о происхождении космоса?
Первоначальный импульс должен был откуда-то посту­пить… но откуда? Разве в детстве нам не казалось волшеб­ным выпадение кристаллов в банке с перенасыщенным раствором, словно некий импульс выжимал их из одного измерения в другое? В этой истории мы убедимся, что для многих самых блестящих личностей рождение вселенной, таинственный переход от небытия к бытию получал имен­но такое объяснение. Они представляли импульс, прони­кающий из одного измерения в другое, и рассматривали это другое измерение как божественный разум.
Пока вы еще находитесь на пороге — и прежде чем вы рискнете потратить еще немного времени на эту исто­рию, — я должен откровенно заявить, что попытаюсь убе­дить вас всерьез воспринять идеи, которые могут пока­заться нормальными мистику или безумцу, но не понра­вятся ученому.
Для самых прогрессивных современных мыслителей, таких представителей академической науки, как профес­сор Ричард Доукинс из Оксфордского университета, и других воинствующих материалистов, формулирующих и поддерживающих научное мировоззрение, божественный разум — не более чем представление о седовласом старце, восседающем на облаках. По их словам, это такая же ошибка, какую совершают дети и первобытные люди, убе­жденные в том, что Бог должен быть похожим на них. На самом деле это всего лишь примитивный антропомор­физм. Даже если допустить существование Бога, говорят они, то с какой стати он должен быть похож на нас? Поче­му его разум должен быть сходен с нашим?
Разумеется, они правы. Нет никакой причины… если только не зайти с другого конца. Иными словами, единст­венная причина сходства божественного разума с нашим может заключаться в том, что Бог сотворил нас по своему образу и подобию.
В этой истории мы как раз пытаемся понять, что про­исходит, если зайти с другого конца.

Здесь все перевернуто вверх ногами и вывернуто наиз­нанку. На следующих страницах вам предложат обдумать такие вещи, о которых меньше всего хотели бы услышать блюстители так называемого общественного консенсуса. Вам предложат испробовать запретные мысли и ощутить вкус учений, которые интеллектуальные лидеры нашей эпохи считают еретическими, дурацкими или просто бе­зумными.
Позвольте заверить, что я не собираюсь вовлекать вас в академические дискуссии и не буду убеждать вас в истин­ности запретных идей с помощью философских аргумен­тов. Формальные аргументы «за» и «против» можно найти в научных трудах, особенно в примечаниях. Единственное, о чем я вас прошу, — напрячь свое воображение. Я хочу, чтобы вы представили, каково видеть мир и его историю с точки зрения, противоположной той, которую вам внуша­ли с самого детства.
Наши прогрессивные мыслители придут в ужас и без­условно посоветуют вам не играть с этими идеями и тем более не размышлять о них в течение такого долгого вре­мени, какое понадобится для знакомства с этой книгой.
Предпринимаются согласованные попытки стереть любые воспоминания об этих идеях и уничтожить все их следы. Современная интеллектуальная элита считает, что если мы снова позволим этим идеям завладеть умами лю­дей, пусть даже на короткое время, то скатимся к перво­бытному сознанию и примитивному умственному состоя­нию, из которого нам придется выбираться много тысяч лет.
Итак, что случилось до начала времен? Каким было первичное психическое событие?
В этой истории Бог созерцал самого себя. Он глядел в воображаемое зеркало и видел будущее. Он представлял существ, очень похожих на себя. Он представлял свобод­ных творческих существ, способных любить разумное и руководствоваться любовью в устремлениях своего разума. Такие существа могли объять мыслью целостность космо­са и постичь в глубине своего сердца сокровенные тайны его тончайших механизмов. Иногда любовь в них почти угасала, но в другое время они находили большее счастье по ту сторону отчаяния, а иногда — смысл по ту сторону безумия.
Поставив себя на место Бога, представьте, что вы смот­рите на свое отражение в зеркале. Вы хотите, чтобы ваш образ ожил и обрел свою жизнь независимо от вас.
Согласно учениям тайных обществ, Бог поступил именно таким образом. Люди — его отражения — медлен­но и постепенно двигались к независимой жизни, но он питал, поддерживал и направлял их в течение очень дол­гого времени.
Современные ученые скажут вам, что в час величайше­го отчаяния нет смысла взывать к небесам и доверять им свои самые сокровенные чувства, потому что вы не услы­шите никакого ответа. Звезды могут продемонстрировать вам только холодное безразличие. Задача человека — вы­расти, повзрослеть и научиться жить с этим безразличием.
В этой книге описана совсем другая вселенная, потому что она была создана с учетом существования человече­ства.
В этой истории вселенная антропоцентрична, и каждая ее частица направлена к человеку. Вселенная питала нас на протяжении тысячелетий; она баюкала нас в своей ко­лыбели, помогала развиваться уникальному человеческому сознанию и направляла каждого из нас к величайшим мо­ментам нашей жизни. Когда вы плачете в отчаянии, все­ленная сочувственно поворачивается к вам, когда вы при­ближаетесь к жизненному перекрестку, вселенная задер­живает дыхание и смотрит, какой путь вы выберете.
Ученые могут говорить о тайне и чуде вселенной и о том, что каждая частица связана со всеми остальными си­лой гравитации. Они могут указывать на поразительные факты — например, на то, что в каждом из нас содержатся миллионы атомов, некогда находившихся в теле Юлия Це­заря. Они могут называть нас «звездной пылью», хотя и в слегка обескураживающем смысле: атомы, из которых мы состоим, образовались из водорода в древних звездах, взо­рвавшихся задолго до формирования нашей Солнечной системы. Но важно одно: как бы они ни украшали свою риторику тайными чудесами, во вселенной властвует сле­пая сила.

В научной вселенной вещество появилось до появле­ния разума. Разум представляет собой случайный курьез, поверхностный и незначительный; один ученый дошел до того, что назвал разум «болезнью материи».
С другой стороны, во вселенной, где разум появился до появления материи, между ним и веществом существует гораздо более тесная, живая и динамичная связь. В этой вселенной все до некоторой степени обладает сознанием и чувствительно реагирует на наши глубочайшие потреб­ности.
В этой вселенной вещество не только появилось из ра­зума Бога, но было создано для того, чтобы обеспечить условия для существования человеческого разума. Челове­ческий разум занимает центральное место в мироздании, которое питает его и реагирует на его нужды. Человече­ский разум движет материей, вероятно, не в такой степе­ни, но в таком же духе, как разум Бога.
В 1935 году австрийский физик Эрвин Шредингер сформулировал свой знаменитый теоретический экспери­мент под названием «кошка Шредингера», описывающий влияние наблюдателя на ход наблюдаемых событий. По сути дела, он взял учения тайных обществ об устройстве мира и применил их на субатомном уровне.
В детстве многие из нас задавались вопросом, произво­дит ли падающее дерево какой-то шум, если оно падает в глухом лесу, где никто не может это слышать. Наверное, думали мы, звук, который никто не слышит, на самом деле нельзя назвать звуком. В учениях тайных обществ можно встретить сходные рассуждения. С их точки зрения, даже в самом глухом лесу дерево может упасть лишь в том случае, если кто-то где-то и когда-то ощутил его падение. Ничто в космосе не происходит без взаимодействия с человече­ским разумом.
В эксперименте Шредингера кошка сидит в ящике с радиоактивным материалом, который может убить ее с пя­тидесятипроцентной вероятностью. Состояния «мертвая кошка» и «живая кошка» возможны с пятидесятипроцент­ной вероятностью, задержанной во времени до тех пор, пока мы не откроем ящик и не увидим, что творится внут­ри. Лишь тогда происходит реальное событие, то есть ги­бель кошки или ее выживание. Глядя на кошку, мы убиваем или спасаем ее. Адепты тайных обществ всегда утвержда­ли, что повседневный мир ведет себя сходным образом.
В нашей вселенной монетка, подброшенная в условиях строгого лабораторного эксперимента, с пятидесятипро­центной вероятностью выпадет орлом или решкой соглас­но законам вероятности. Однако эти законы остаются не­изменными только в лабораторных условиях. Иными сло­вами, законы вероятности применимы лишь там, где человеческая субъективность намеренно исключается. В обычной жизни, когда человеческое счастье и надежды за­висят от броска костей, законы вероятности искажаются, и в игру вступают более глубокие законы.
Теперь всем известно, что наше эмоциональное со­стояние влияет на организм и, более того, глубоко укоре­ненные эмоции могут привести к долговременным изме­нениям в организме, исцеляя или разрушая его, — то есть они оказывают психосоматический эффект. Но во вселен­ной, описанной в этой книге, наше эмоциональное со­стояние непосредственно влияет и на вещество, которое находится вне нашего тела. В этой психосоматической вселенной поведение физических объектов в пространст­ве тесно связано с психическими состояниями даже без какого-либо сознательного действия с нашей стороны. Мы можем приводить вещество в движение, просто глядя на него.
В недавно опубликованных мемуарах Боба Дилана под названием «Хроники: том 1» он пишет о том, что должно произойти, если человек изменяет время, в котором он живет. Для того чтобы сделать это, «вы должны обрести власть над своим духом; мне это удалось лишь однажды…» Он пишет, что такие люди способны «видеть самую суть вещей — не метафорическую истину, а обнаженную реаль­ность. Это все равно что заглянуть в глубь металла и рас­плавить его, увидеть его внутреннюю сущность и подчи­нить ее своей воле».
Обратите внимание: Дилан подчеркивает, что речь идет не о метафорах. Он открыто и буквально говорит о могущественной древней мудрости, сохраняемой в тай­ных обществах, о той мудрости, которой были причастны великие живописцы, писатели и мыслители, сформировав­шие нашу культуру. В основе этой мудрости лежит убежде­ние, что глубочайшие источники нашей духовной жизни также являются глубочайшими источниками физического мира, поскольку во вселенной тайных обществ любая хи­мия является психохимией, а способы взаимодействия физического содержания вселенной с человеческой пси­хикой подчиняются более глубоким и могущественным законам, чем законы материальной науки.
Важно понимать, что эти законы далеко превосходят обычные «полосы удачи», которые случаются у азартных игроков, или случайные совпадения, образующие необъяс­нимую на первый взгляд цепь событий. Нет, эти законы вплетены в ткань бытия каждого отдельного человека на самом глубоком уровне, как и великие закономерности высшего порядка, формирующие мировую историю. Одна из теорий, выдвинутых в этой книге, состоит в том, что история имеет глубинную структуру и события, которые мы обычно объясняем в контексте политики, экономики или природных катастроф, можно с большей пользой объяснить в контексте духовных процессов.
«Перевернутое» мышление тайных обществ со всеми причудливыми и головоломными предпосылками проис­текает из убеждения в том, что разум предшествовал мате­рии. У нас нет почти никаких твердых доказательств, ко­гда мы принимаем решение о том, что случилось в начале времен, но этот выбор имеет определяющее значение для нашего понимания устройства мира.Если вы верите, что материя предшествовала разуму, вам приходится объяснить, как случайное сочетание хи­мических компонентов породило сознание. До сих пор эта задача оказывалась непосильной для исследователей. С другой стороны, если вы верите, что космический разум предшествовал созданию вещества, то сталкиваетесь с не менее трудной проблемой объяснения причин и создания рабочей модели.
От жрецов египетских храмов до современных тайных обществ, от Пифагора до Рудольфа Штайнера, великого австрийского посвященного конца XIX — начала XX века, эта модель всегда воспринималась как ряд мыслей, исхо­дивших из космического разума. Впоследствии эти «мыс­ленные эманации» превратились в некое протовещест- во — уплотняющуюся энергию, которая затем становится эфиром, более разреженным, чем любой газ, и не содер­жащим каких-либо частиц. В ходе дальнейшего уплотне­ния эманации приобретают газообразную, жидкую и, на­конец, твердую форму.
Кевин Уорвик — профессор кибернетики в Ридинг- ском университете и один из ведущих мировых специа­листов по искусственному разуму. Работая в дружеском соперничестве со своими коллегами из Массачусетского технологического института в США, он сконструировал роботов, способных взаимодействовать со своим окруже­нием, обучаться и модулировать свое поведение. Эти ро­боты проявляют уровень разумности, соответствующий низшим животным, таким как пчелы. По его словам, в те­чение пяти лет роботы достигнут уровня разумности кош­ки, а через десять лет сравняются в разуме с человеком. Он также работает над созданием нового поколения роботи­зированных компьютеров, которые смогут конструиро­вать и изготавливать другие компьютеры.
Согласно древним космологам и тайным обществам, эманации космического разума следует понимать сход­ным образом. Они распространяются по нисходящей и создают иерархию от высших и более могущественных

и всеобъемлющих принципов к более узким и частным принципам, причем каждый уровень создает следующий и управляет им.
Эти эманации также наделялись личностными чертами и в некотором смысле считались разумными.
В 2001 году, когда я наблюдал, как Кевин Уорвик пред­ставляет свои открытия коллегам из Королевского инсти­тута, некоторые критиковали его за предположение о «ра­зумности» роботов, так как это подразумевало, что они об­ладают сознанием. Однако нельзя отрицать, что «мозг» этих роботов растет во многом подобно живому организ­му. Робот приобретает нечто вроде личности, взаимодей­ствующей с другими роботами и принимающей решение, выходящее за рамки запрограммированных возможно­стей. Кевин утверждал, что хотя его роботы не обладают всеми характеристиками человеческого сознания, то же самое относится и к собакам. По его словам, собаки разум­ны по-собачьи, а роботы разумны по-своему. Разумеется, в некоторых отношениях — таких, как способность мгно­венно производить сложнейшие математические расче­ты — роботы демонстрируют интеллект, значительно пре­восходящий наши способности.
Сходным образом мы можем представить эманации космического разума, обладающие сознанием. Здесь уме­стно вспомнить о тибетских духовных наставниках, кото­рые с помощью визуализации и напряженной концентра­ции намерения могли создавать мыслеформы, называемые тулпами. Эти сущности в некотором смысле были незави­симыми и могли перемещаться в пространстве, выполняя поручения своего хозяина. Парацельс, швейцарский маг XVI века, писал об «аквасторе», существе, порождаемом си­лой сосредоточенного воображения, которое могло жить собственной жизнью, а в особых случаях становиться ви­димым и даже осязаемым.
Согласно древней тайной доктрине, на нижнем уровне иерархии эти эманации или мыслеформы переплетались так тесно, что создавали подобие плотного вещества.
Если вы хотите найти современный пример для описа­ния этого странного феномена, стоит познакомиться с квантовой механикой, но для тайных обществ переплете­ние невидимых сил, создающих видимость материального мира, всегда существовало в виде светоносной цветной се­ти, которая в алхимической терминологии называлась Матрицей.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.