Такая профессия: оперируя жизнями…


Есть профессии, которые люди не выбирают случайно. Поэтому неожиданное решение Юли, дочери двух математиков, удивило всех, кто ее знал. Девочка, которая все детство провела дома, разбирая уравнения и доказывая теоремы, отказалась от карьеры уче­ного, чтобы спасать людей. За три месяца до поступления на математический факультет Юля решила, что станет хирургом.

Справилась со скепсисом
«Родители сначала молчали, потом кричали, — вспоминает Юлия. — Прошло почти 15 лет, но я до сих пор помню, как мама причитала, что я гублю свое будущее ради того, к чему у меня никогда не было склонностей, а отец нервно курил прямо на кухне. Они считали, что я совершаю ошибку, но у меня была причина, о которой я никому так и не рассказала».
Юля ждала автобуса, на кото­ром добиралась из школы домой. На остановке, кроме нее, стоял только один мужчина. Девочка была настолько поглощена реше­нием новой сложной задачи, что не обращала на незнакомца вни­мания, пока он не начал оседать на тротуар. Она подбежала к нему и увидела, как медленно синеет его лицо. Юля звала на помощь, но на безлюдной улице не было никого, кроме них. Она плакала и обе­щала мужчине, что вот-вот кто-то появится и спасет его. К счастью, так и получилось: мимо проехала машина, водитель которой забрал незнакомца в больницу, оставив растерянную Юлю на пустой остановке.
В тот день ее мир, напол­ненный числами, всегда удачно складывавшимися по ее жела­нию, перевернулся. Она поняла, что ее знания, которым мог бы позавидовать любой из ее школь­ных учителей, не могут никого спа­сти.
«За годы учебы в медицинском институте меня не раз спрашивали, не хочу ли я, вместо того чтобы опе­рировать, например, стать педиа­тром или стоматологом, — расска­зывает Юлия. — Преподаватели на мои категорические возражения скептически качали головами. Они быстро поняли, что я точно знала, зачем пошла учиться. А вот ребята-однокурсники так легко сдаваться не хотели: в своей «муж­ской» группе я была единственной девушкой и, тем не менее, лучшей студенткой. Они придумывали все новые шутки, но однажды решили раз и навсегда доказать мне, что женщинам в хирургии не место».
Пока Юля была в библиотеке, однокурсники тайно вынесли из анатомического театра инсти­тута заспиртованную печень. Они отвлекли девушку и подло­жили орган из банки ей в сумку. В надежде увидеть девичье испу­ганное лицо они спрятались за стеллажами в библиотеке и стали ждать. Однако ничего, кроме искреннего Юлиного удивления, сокурсники своим поступком не добились.
«В тот день я наконец победила скепсис, — улыбается героиня. — Пожалуй, именно чья-то печень, обнаруженная в рюкзаке рядом с коробкой для завтраков, была пер­вым настоящим «экзаменом» на право быть хирургом».
Тогда Юля не думала, что самые сложные испытания — впереди.

Поборола недоверие
«Удивительно, но если человек сталкивается со смертельной опас­ностью в переулке, ему все равно, кто придет ему на помощь, — рас­суждает Юлия. — Однако если он ждет серьезной операции в палате, врач, который собирается вырезать у него раковую опухоль, должен сначала заслужить его доверие».
Не раз, узнав, что оперировать их будет женщина, пациенты про­сили назначить им другого врача или вовсе отказывались от лече­ния. И тогда Юлия с трудом доказы­вала им, что их опасения напрасны. К сожалению, из-за своей принци­пиальности больные теряли драго­ценное время, которого на пороге операционной всегда не хватает.
«Если ты мужчина, тебе не при­ходится доказывать каждому пациенту, что в ответственный момент ты не запаникуешь, у тебя не дрогнет рука, — делится Юлия. — Увы, от женщины со скальпелем всегда ждут чрезмерной эмоцио­нальности, как будто, увидев кровь, она сразу потеряет контроль над ситуацией. А ведь на самом деле прекрасный пол славится своим спокойствием в моменты, когда мужчины испытывают сильнейший стресс. Так, по статистике, в стра­нах, где разрешена смертная казнь, в качестве «палачей» нанимают в основном дам, которые, в отли­чие от сильного пола, бесстрастно делают свою работу».
Сравнение уместно. На грани между жизнью и смертью женщины действительно проявляют спаси­тельное хладнокровие. Но убедить больного принять помощь бывает даже сложнее, чем ее оказать…
«Или мужчина, или не хирург!», — воскликнул один из пациентов Юлии, узнав, что ей предстоит уда­лить ему стремительно растущую злокачественную опухоль.
Когда выяснилось, что других свободных врачей в отделении хирургии нет, а через несколько часов операция будет уже бес­полезной, Юлия решила ситуацию по-своему. Она пересадила боль­ного из кровати в кресло-каталку и отвезла… в больничный морг. Они пробыли там не больше двадцати минут — и пациент согласился на операцию. Очнувшись от наркоза, он рассказал жене, что врач пока­зала ему тела тех, кто не использо­вал шанс справиться с болезнью, а потом — свои твердые руки, кото­рые спасли не одну жизнь. Этого было достаточно, чтобы он лег на операционный стол.

Победила смерть
«У каждого хирурга есть скры­тый страх, который никогда нельзя поощрять, — рассказывает Юлия. — Больше всего мы боимся, что из операционной пациент не вернется. Мне повезло ассистировать самым профессиональным хирургам, которые перед сложнейшими опе­рациями шутя называли больных «механизмами», нуждающимися в ремонте. А потом стояли над без­жизненным телом, сжимая скаль­пель так, как будто ждали, что пациент вот-вот очнется. К сожале­нию, люди не возвращаются».
Три года назад на стол к Юлии попал мальчик с раздробленной в автомобильной аварии ногой. Она, хирург-онколог, не должна была брать этого пациента, но ему требо­валась немедленная помощь, а дру­гие дежурные врачи были заняты на плановых операциях.
«Делая надрез, я задела арте­рию, и когда поняла, что рабочая полость наполняется кровью, а рядом со мной стоят одни практи­канты, испугалась, — вспоминает Юлия. — Мне нужно было действо­вать, потому что из мальчика, лежащего передо мной, уходила жизнь. Но меня как будто парали­зовало. А потом один из студентов дотронулся до моего локтя…»
Все происходящее заняло не больше тридцати секунд, но Юлии показалось, что в операционной прошла вечность. Твердой рукой она зажала артерию и остановила кровотечение. Мальчик выжил, а после дежурства врач обнаружила у себя новый седой волос.
Конечно, Юлия не понаслышке знает, что, несмотря на
нечеловеческие усилия, мастерство и жела­ние помочь, спасти удается не всех. И когда-нибудь ей тоже придется стоять с бесполезным скальпелем в руке и мысленно искать формулу, которая вернула бы чью-то жизнь в опустевший сосуд. Все знают, что такой не существует. Но пока есть люди, которые за нас борются, надежда победить все-таки оста­ется.
Татьяна Карачун.
Журнал «Кудесница» № 2, 2011г.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.